память

Трава была зеленее

Трава была зеленее

Прошлое всегда будет лучше настоящего. Человеческая память оборудована очень хитрым механизмом забывания, благодаря которому остаются актуальными только приятные воспоминания. Неприятные же либо совершенно забываются, либо воспринимаются как интересные приключения прошлого. Даже ужасы, которые человек переживает на войне, впоследствии будут вспоминаться лишь как большое и опасное, но всё же захватывающее приключение (если верить словам персонажа книги «Чёрный обелиск» Эриха Ремарка). Трудности ведь уже позади. Таким образом, даже в отвратительных воспоминаниях нам удаётся находить множество приятных и полезных вещей. Память не сохраняет того множества мелких недостатков, которые человек видит сейчас. К сожалению, сравнение — это привычный нам способ оценки. Что бы не происходило, чем бы мы не занимались, с какими людьми бы мы не встречались, невольно сравниваем всё это с тем, что было в нашем прошлом. Как результат, обратной стороной жизненного опыта оказывается ощущение постоянного «даунгрэйда» реальности. То есть, чем дальше, тем хуже.

Образно говоря, чем больше у человека будет багаж жизненного опыта, тем он тяжелее. Говорят, старость наступает тогда, когда периодически начинают проскакивать мысли и фразы типа «Раньше трава была зеленее». И этот человек будет прав. В детстве краски действительно кажутся сочнее, насыщеннее, мир вокруг впечатляет своей яркостью и просторами, окружающие кажутся более приветливыми, в голове витают мечты, и они действительно исполнимы, ведь время тянется так медленно, а сколько ещё до старости-то… Физические нагрузки встречались с радостью и удовольствием, любая погода ощущалась приятнее, даже ширпотребная музыка казалась божественной, а пластиковая еда — вкусной (именно потому многим неиллюзорно доставляет вкушать химикалии «из детства», что в голове ассоциации с «тем самым» вкусом). Радость первооткрывателя зажигает любого из нас, но даже самый яркий огонь однажды оставляет за собой лишь едва тлеющие угольки.

А теперь суммируем предыдущие два абзаца: из прошлого в памяти сохраняется только приятное, которые даже в оригинале было гораздо ярче. И эти рафинированные сладостные воспоминания сравниваются с «мрачной» реальностью. И вроде та же природа, те же удивительные пейзажи, еда всё так же вкусна, праздники такие же весёлые, фильмы такие же интересные, игры такие же увлекательные, музыка такая же замечательная… Объективно, даже лучше. Но всё-таки это не то. Уже не то. Краски выцветают, «голый» интерес больше не вдохновляет тратить уйму времени, переживания словно притупляются, нет больше трепета, действительно удивить становится практически невозможно, мелкие проблемы больше не пугают своей «значительностью»… Всё это неизбежно будет подавлять вас, признаёте вы это за проблему или предпочитаете думать об этом как о нормальном развитии событий. Неужели раньше и правда было лучше? Или, может, это вы со своим сравнением приходите к неверному выводу?

Когда мы были детьми, мы принимали реальность такой, какой она была. Нам было не с чем её сравнивать, но нас это не печалило, потому что мы были слишком увлечены открытием нового великолепного мира, в котором была уйма интереснейших вещей. Значительно более интересных, чем какие-то сравнения. Это был смысл, в отсутствие которого человек увлекается самокопанием и анализом своего прошлого. Когда вы выросли? Возможно, именно в этот момент совершается самый великий самообман, который только будет в вашей жизни — в этот момент, когда мир перестаёт удивлять. Я искренне завидую тем, кто в старости с той же увлечённостью занимается своим делом. Большинство из нас уже в юности на многие рутинные дела смотрят как на мимолётную необходимость: «подумаешь, что это никому нафиг не нужно, надо сделать и забыть». Мы возносим себя выше бытовых нужд. Пока мы так считаем, делаем и забываем, проходит время. А это время и должно было бы быть вашей жизнью.

Помнить всё

Помнить всё

На самом деле человек помнит абсолютно все события, явления и вещи, на которые он когда-либо обращал внимание. Человеческая память является настолько ёмкой, что и вообразить невозможно. Можно предположить, что её объём динамически увеличивается вместе с накоплением информации. Это было бы вполне логичным объяснением таким якобы феноменам, как возможность изучения больших и толстых книжек наизусть. К примеру, я видел нескольких проповедников одной довольно известной и популярной секты христианского направления, которые без каких-либо запинок читали наизусть Евангелие от Луки, книгу Бытия, Второзаконие и ещё что-то из Ветхого Завета, что мне вспомнить/узнать не удалось. Зрелище меня, мягко говоря, впечатлило, посему я набрался наглости и в конце проповеди подошёл к одном у из них, сделал вид, что мне искренне интересны вопросы христианства, и под прикрытием этого вида поинтересовался, как ему удалось запомнить и хранить в голове столько «священного» текста. В ответ я, к своему разочарованию, услышал, что ему помогла глубокая вера в Господа и прочую подобную ересь. Тогда я лишь скептично хмыкнул, но со временем осознал… Дело не в том, как это делается, а в том, что в это вкладывается.

Память человека представляет собой колоссальную по своему объёму и скорости работы базу данных. Можно сказать, что это мультиструктурная база данных, способная работать напрямую с образами и их самыми разнообразными комбинациями. Самые простые действия совершаются с использованием одного лишь образа. Например, человек, гуляющий по весеннему цветущему саду вдруг почуял прекрасный запах любимых цветов. Его мозг в ту же секунду делает запрос во внутреннюю память, по этому признаку находит подходящий, соответствующий образ. Из последнего по старой привычке сразу же извлекается такая сторона вопроса, как внешний вид… И вот, в ту же самую секунду наш персонаж уже глазами ищет этот самый цветок, сопоставляя все травинки и сорняки с предполагаемым внешним видом того, что ищет. «Вот же они, мои любимые!..» Все эти операции совершаются молниеносно, в какой-то мере даже самопроизвольно. И происходят в полностью «автоматическом режиме».

Несколько более сложные операции самопроизвольно уже происходить не могут, хотя выполняться могут могут как в «автоматическом», так и в «ручном режиме». Я говорю про то, что проявляется для нас в более привычном варианте — в виде воспоминаний и общих знаний. Если пример с «человеком-ботанофилом» кажется полностью естественной реакцией на внешние раздражители, то это — уже несколько более сложная операция… Фишка в том, что воспоминания для нас являются связками образов, они «висят» в голове словно грозди винограда, но только и того. Для того, чтобы вспомнить что-либо, нам необходимы ассоциации. Благодаря ассоциациям можно извлечь из нашей биологической базы данных любую информацию, которая там хранится, а хранится там, как мы выяснили, всё, что мы однажды приняли. Ключом к определённому образу или их логической связке является другой образ. Хитрость, благодаря которому мы вообще способны мыслить, заключается в количестве таких образов-ключей. Дело в том, что у любого элемента этой базы данных может быть неограниченное количество образов-ключей, более того, этот самый элемент может быть ключом для других (не одного!) элементов. Благодаря этим хитросплетениям ассоциаций и работает наш разум.

Компьютерные базы данных строятся по принципу «область → ключ → элемент»: зная, где примерно искать, имея хотя бы одно значение элемента, можно получить всю его информацию. Биологические базы данных, которые являются ассоциативными, работают так же, но с поправкой на принцип, описанный мною в предыдущем абзаце, плюс элементом во втором случае оказывается образ, работать с которым несколько сложнее. Но, несмотря на эти недостатки, наш мозг обладает рядом очевидных преимуществ (как минимум, портативностью, «нативным» интерфейсом и возможностью перекрестного ассоциирования :)). А чтобы не быть голословным, приведу краткие примеры, знакомые каждому. Вспоминали ли вы однажды фильм, который смотрели в дремучем детстве, по одной короткой сцене? А какую-нибудь книгу по именам героев? Или какое-то событие по описанию окружавших в тот момент предметов? Вкус сладостей, которые пробовали ещё раньше, чем понять, какого пола «телепузики»? Всё это — незначительные детали нашей жизни, следовательно, приоритета в памяти они не имеют. Но стоит вам лишь дать ключ к ним — и вы понимаете, что помните всё.