психология

Страница 1 из 212

Трава была зеленее

Трава была зеленее

Прошлое всегда будет лучше настоящего. Человеческая память оборудована очень хитрым механизмом забывания, благодаря которому остаются актуальными только приятные воспоминания. Неприятные же либо совершенно забываются, либо воспринимаются как интересные приключения прошлого. Даже ужасы, которые человек переживает на войне, впоследствии будут вспоминаться лишь как большое и опасное, но всё же захватывающее приключение (если верить словам персонажа книги «Чёрный обелиск» Эриха Ремарка). Трудности ведь уже позади. Таким образом, даже в отвратительных воспоминаниях нам удаётся находить множество приятных и полезных вещей. Память не сохраняет того множества мелких недостатков, которые человек видит сейчас. К сожалению, сравнение — это привычный нам способ оценки. Что бы не происходило, чем бы мы не занимались, с какими людьми бы мы не встречались, невольно сравниваем всё это с тем, что было в нашем прошлом. Как результат, обратной стороной жизненного опыта оказывается ощущение постоянного «даунгрэйда» реальности. То есть, чем дальше, тем хуже.

Образно говоря, чем больше у человека будет багаж жизненного опыта, тем он тяжелее. Говорят, старость наступает тогда, когда периодически начинают проскакивать мысли и фразы типа «Раньше трава была зеленее». И этот человек будет прав. В детстве краски действительно кажутся сочнее, насыщеннее, мир вокруг впечатляет своей яркостью и просторами, окружающие кажутся более приветливыми, в голове витают мечты, и они действительно исполнимы, ведь время тянется так медленно, а сколько ещё до старости-то… Физические нагрузки встречались с радостью и удовольствием, любая погода ощущалась приятнее, даже ширпотребная музыка казалась божественной, а пластиковая еда — вкусной (именно потому многим неиллюзорно доставляет вкушать химикалии «из детства», что в голове ассоциации с «тем самым» вкусом). Радость первооткрывателя зажигает любого из нас, но даже самый яркий огонь однажды оставляет за собой лишь едва тлеющие угольки.

А теперь суммируем предыдущие два абзаца: из прошлого в памяти сохраняется только приятное, которые даже в оригинале было гораздо ярче. И эти рафинированные сладостные воспоминания сравниваются с «мрачной» реальностью. И вроде та же природа, те же удивительные пейзажи, еда всё так же вкусна, праздники такие же весёлые, фильмы такие же интересные, игры такие же увлекательные, музыка такая же замечательная… Объективно, даже лучше. Но всё-таки это не то. Уже не то. Краски выцветают, «голый» интерес больше не вдохновляет тратить уйму времени, переживания словно притупляются, нет больше трепета, действительно удивить становится практически невозможно, мелкие проблемы больше не пугают своей «значительностью»… Всё это неизбежно будет подавлять вас, признаёте вы это за проблему или предпочитаете думать об этом как о нормальном развитии событий. Неужели раньше и правда было лучше? Или, может, это вы со своим сравнением приходите к неверному выводу?

Когда мы были детьми, мы принимали реальность такой, какой она была. Нам было не с чем её сравнивать, но нас это не печалило, потому что мы были слишком увлечены открытием нового великолепного мира, в котором была уйма интереснейших вещей. Значительно более интересных, чем какие-то сравнения. Это был смысл, в отсутствие которого человек увлекается самокопанием и анализом своего прошлого. Когда вы выросли? Возможно, именно в этот момент совершается самый великий самообман, который только будет в вашей жизни — в этот момент, когда мир перестаёт удивлять. Я искренне завидую тем, кто в старости с той же увлечённостью занимается своим делом. Большинство из нас уже в юности на многие рутинные дела смотрят как на мимолётную необходимость: «подумаешь, что это никому нафиг не нужно, надо сделать и забыть». Мы возносим себя выше бытовых нужд. Пока мы так считаем, делаем и забываем, проходит время. А это время и должно было бы быть вашей жизнью.

Чужая душа — потёмки

Чужая душа — потёмки

Несомненно, психология и философия сегодня являются родственными науками и имеют достаточно много общего в силу единых истоков. В частности, обе имеют схожую аудиторию, поскольку каждая из наук занимается эмпирическими исследованиями того, что в конечном итоге интересует лишь человеческий разум. Я имею в виду, что домашние хомячки в своём существовании не сомневаются, а редкая лягушка может похвастаться маниакально-депрессивным психозом или шизофренией. В предыдущем посте я изобличал явление, которое, безусловно, можно назвать неотделимой чертой популяризации чего-либо изначально элитарного среди широких масс населения (что, в принципе, и отображено в его заголовке). А именно таковой была до незапамятных времён философия (включая ещё не выделившуюся тогда в отдельную науку психологию), как, впрочем, и множество иных наук. Так уж выходит, что богатство литературных языков легко может быть погребено «высокоинтеллектуальными» речами не шибко грамотных персон, пользующихся авторитетом или переходящей популярностью в среде этих самых широких масс; исполинский размах философской мысли у них оказывается запертым в клетке ограниченного разума, то бишь, даже не в золотой клетке страниц фолиантов, а в жестяной или вовсе пластиковой — в памяти людей, использующие эти великие философские мысли исключительно для того, чтобы скрыть за ними свою внутреннюю пустоту.

По аналогичному принципу вся многогранность человеческой личности лишается всякой привлекательности мерзкими невежественными персонами, вообразившими себя прекрасными психологами, разбирающимися в любых дебрях и перипетиях человеческой души. По неведомой мне причине, подобных умников я обнаруживаю чуть ли не целыми стадами, особенно среди претендующих на продвинутость молодых девиц и их более устарелых сородичей (первые, надо заметить, получают увесистый бонус к чувству собственного величия, ибо заметно, особенно для них самих, выделяются на фоне большинства аналогов того же пола и возраста). Вообще же, прочитав даже худенькую книжечку с методическими рекомендациями по практической психологии, каждый первый школьник начнёт мнить себя опытнейшим хирургом вышеупомянутой души, умеющим диагностировать страждущих и поддерживать их на пути ко внутреннему свету. Стремление это, бесспорно, похвальное, если бы не одно гигантское «но» — некомпетентность практически всех людей, постигающим эту науку схожим образом — через псевдонаучную литературу и проводя параллели между собой и потенциальным клиентом. Некомпетентность заключается в нежелании, невозможности или даже нерешительности понять, что личность человека — явление по определению уникальное. Но параллели далеко не всегда уместны, а систематизированные да обобщённые книжные знания часто оказываются совершенно неактуальными. Конечно, есть личности, после общения с которыми, особенно длительное время, на большинство остальных особей начинаешь смотреть не иначе, как на тупое быдло, с настолько ограниченным кругом порочных интересов, что даже при большом желании и врождённом оптимизме им никак не выходит пророчить светлое будущее. За редким исключением, каждый встречал в своей жизни таких человеков, контакты с которыми заставляют меркнуть образы остальных на их фоне. Естественно, сияющие образы привлекают настолько, что тем самым начинают активно отталкивать «потускневших», методично увеличивая презрение к ним и их жизни. Пропасть увеличивается, сияние заставляет вообразить себя персоной элитарной, а «тусклых» лишить даже тех достоинств, которыми они наделены. Именно осознание себя более развитой человечиной, чем окружающие, не позволяет увидеть свою некомпетентность. За этим недостатком скрыта великая беда — невозможность в полной мере оценить масштабность внутреннего мира своего собеседника, если таковым является персонаж, не вызывающий у вас особого уважения. Фактически, если человек не вызывает интереса, то мы отказываем ему даже в том, что у него действительно имеется.

Со строго технической точки зрения, внутренний мир является результатом перманентного активного электрохимического взаимодействия нейронов нашего мозга. Это субъективный мир образов и понятий, оперирование которыми и выводит бытие человеческое на качественно более высокий уровень, нежели, как мы привыкли считать, имеется в распоряжении у прочих животных. Впрочем, насчёт иных животных я бы не стал утверждать столь категорично, как это делает часть учёных, не имея в распоряжении вышеупомянутого прямого электрохимического взаимодействия нейронов с их мозгом или каким-либо иным центральным нервным узлом… Имеется в виду, что объять чужой внутренний мир невозможно. Посему измерить его масштабность субъективно невозможно, а сенсорные системы человека устроены таким образом, что даже объективную реальность они, воспринимая, делают субъективной, чего уж говорить об исключительно субъективной реальности! Но, что важнее, существование внутреннего мира является лишь частью материального существования. А материальный мир накладывает свои отпечатки. Однажды девушка поделилась своим соображением по поводу восприятия человеков в первую очередь именно по внешности. Выразив свой стыд, что, несмотря на то, что «лицо не выбирают», она всё равно не может одинаково воспринимать человеков с приятной и не особо внешностью, даже исключительно для праздного общения. Однако, соображение более, чем верное. Дело в том, что человек, не смотря на все препирания и отрицания этого, принимает свою внешность такой, какая она есть. тем самым со временем привыкает к тому, что она является отталкивающей или, напротив, привлекательной. И это накладывает свой отпечаток на линию поведения. А линия поведения, естественно, определяется именно внутренним миром, то есть, психикой этого человека. Таким образом, мир человека складывается из событий, явлений и прочих факторов, воздействию которых тот подвергается в процессе жизнедеятельности. То, что могут видеть люди окружающие — это лишь отголоски того, что происходит внутри.

Не так давно в нашем дивном мире жил довольно интересный психолог, психиатр, психоаналитик, философ и даже немного мистик Карл Густав Юнг. Именно этот персонаж создал теорию, согласно которой жизненная энергия человека (aka «либидо») является, так сказать, величиной векторной, то бишь, имеет не только численный показатель, но и направление движения. Правда, можно обойтись и без применения тригонометрии, поскольку направления всего два: либидо может быть направлено либо внутрь, либо вовне. Людей, у которых жизненная энергия направлена внутрь, дедушка Юнг нарёк «интровертами», тех же, у кого вовне — «экстравертами». Хотя мне лично совершенно непонятно, как он мог ставить ситуацию так категорично, что интроверты оказываются полной противоположностью экстравертов, ибо лишь единицы из тысячи являются полноценными представителями указанных категорий, подавляющее большинство же — так называемые «амбиверты», нечто среднее. К примеру, у меня вообще довольно сложно определить психологический тип, так как я себя прекрасно ощущаю как в одиночестве, так и в компании, иногда бывает неутолимая тяга то к одному, то к другому… Хотя, с другой стороны, всё же одно из направлений обыкновенно превалирует над другим, поэтому в чисто демагогических целях этими терминами пользоваться можно. Суть подобного деления заключается в том, что внутренний мир человека может взаимодействовать с внешним по разному. Если человек является экстравертом, то он будет открываться по своей воле, интроверты же предпочитают, чтобы их «разгадывали». И если сущность первого ещё более-менее становится понятна, если он подаёт именно в том виде, в котором себя находит, то интроверты свою сущность стараются упрятать куда поглубже внутрь. Человека же воспринимают только так, как он себя показывает. Никто не увидит ваш богатый внутренний мир, ни сразу, ни со временем — никогда. Кто хочет быть понятым — должен сам приложить к этому определённые усилия. Воспринимают только то, что могут воспринять. А внутренний мир на то и внутренний, и нужен он только самому его властелину. Воистину, чужая душа — потёмки.

Неравенство полов

Неравенство полов

Половое неравенство существовало ещё у самых истоков человечества. Изначально, в первобытном обществе, был матриархат — общественный строй, в котором лидирующую роль занимали женщины. Такая ситуация обусловлена следующим положением дел: женщина играет ведущую роль в процессе продолжения рода, но когда есть 50 женщин и один мужчина, то последний в силах оплодотворить всех 50 женщин, а вот когда есть одна женщина и 50 мужчин, то в результате будет оплодотворена всё равно только одна женщина — из этого следует, что недостаток количества мужчин совсем не критичен, а даже допустим. Поэтому мужчины ходили на охоту, добывали пищу, в то время как женщины сидели дома с детьми и ждали еду. Отголоски такого первобытного расклада и сегодня остались в представлениях о семье у очень многих людей. Но некоторые забывают, что биология и генетика в частности никоим образом не связаны с астрологией: предрасположенность к определённому виду деятельность отнюдь не значит, что такова судьба, и ничем другим человек заниматься в принципе даже неспособен. Да, мужчины более предрасположены к тяжёлому физическому труду, но это не значит, что при определённых усилиях женщины не способны приводить свои мышцы в состояние, которое бы обеспечивало возможность на равных тяжело работать вместе с мужчинами. Совсем другое дело — биологические различия репродуктивной составляющей: каким бы мужчина не становился женственным, у него никогда не возникнет способности рожать детей. То есть, у женщины в этом мире больший потенциал, шире естественные возможности. Такими мотивами обеспечивался первобытный матриархат.

Но 10 тысяч лет назад всё изменилось. В Месопотамии возникла и начала крайне стремительно распространяться новейшая технология — земледелие. Человек долгое время искал пути автономизации от Матушки-природы, которая, несмотря на предоставляемую возможность жить в мире, где всё можно найти и использовать для удовлетворения своих потребностей, иногда становилась достаточно суровой и «насылала» голод, от чего немало разумных двуногих погибало. С возникновением земледелия этот экологический закон был отменён, поскольку человек больше не искал себе пищу в диком лесу, а мирно выращивал её прямо у своего уютного домика. Через пару-тройку поколений, что не знали иной жизни, кроме как земледельческой, никто и представить уже не мог себе иную жизнь. Но земледелие представляло и продолжает представлять собой тяжкий труд (чего только вспахивание земли стоило!), тем самым всё более и более угнетая женщин, которые не только не были в силах эту работу делать, но в большинстве своём даже не знали технологии, из-за чего возможность самообеспечения пищей сходила к нулю. С течением времени ситуация только усугублялась, патриархат вытеснил матриархат, а к самой женщине стали относится не как к духовному лидеру, а просто как к инструменту для деторождения и удовлетворения полового инстинкта. Окончательное состояние дел было закреплено с возникновением монотеистических мировых религий. Несмотря на то, что во многих из них бог является существом духовным, всё равно подразумевается, что он мужского пола: Бог (Яхве, Иегова), Аллах, Рашну и Вишну… Та же ситуация с большей частью «святых»: Иисус, Моисей, Мухаммед, Будда и прочими. Авторы святых писаний считали абсолютно естественным вкладывать в свои тексты дух патриархального настроя, не предполагая, что ситуация может измениться, но тем самым они закрепили в умах широких масс положение о том, что привилегированное положение в обществе мужчина занимает с божественной подачи. Благодаря этому патриархат превратился из естественно сформированного для своего времени положения дел в твёрдое убеждение, что иного расклада и быть не может.

Феминизм был призван восстановить справедливость в связи со сменой ситуации, в которой патриархат перестал быть необходимостью. Средневековье закончилось, научно-технический прогресс уже достиг той стадии, на которой в физических возможностях во многих областях женщины не уступали мужчинам. Особое негодование активисток вызывали такие области как экономика и политика, в которую их практически не допускали, хотя не было ни одного резонного аргумента в пользу их неспособности делать те вещи, которыми в этих областях занимались мужчины. Первым действительно глобальным явлением стали пикеты суфражисток по всему миру. Женщины требовали себе возможность избирательного права актами неповиновения, местами даже вандализма и насилия, а всем этим явлениям противостояли лишь стереотипы. С начала XX века суфражистки наконец стали получать требуемые права, хотя в мире итоге этот процесс затянулся настолько, что даже некоторые прогрессивные страны закончили с ним лишь во второй половине столетия, не говоря уже про арабские страны, где до этого ещё предстоит дойти. Но это было лишь первой искрой в огромном пламени феминистической борьбы, которая разгорелась после. Примерно с 60-ых годов прошлого столетия начались борьба с дискриминацией в гражданских правах. Борьба была невероятно тяжкой, слишком много психологических «заморочек» было против, но сама идея была обречена на успех. Фактически, в большинстве стран были исполнены все требования. Современная женщина имеет те же возможности в глазах государства, что и мужчина. То есть, на уровне законодательства гендерные различия принимаются лишь на уровне биологии. Казалось бы, феминизм должен был исчерпать себя и признать сокрушительную победу.

Но нет, теперь возникла новая «волна». Теперь, будучи равными в гражданских правах, феминистки стали требовать ещё и психологического равенства. У человека адекватного в подобной ситуации возникает вполне закономерный вопрос: «Лолшто? О_о». Дело в том, что, даже имея одинаковые права, стереотипы искоренить не удаётся, поэтому пренебрежительное отношение к женскому полу оказывается слишком частым явлением. Именно с этим и призвано бороться новое поколение феминисток — с социальной дискриминацией. Печально то, что они упускают один важный момент: неравенство полов — это естественно. Это можно сравнить с ксенофобией в отношении негров, в основном в либеральных США: тот факт, что все граждане государства равны в правах, не отменяет биологических различий разных рас, поэтому проявления расовой нетерпимости вполне закономерны. С феминизмом ситуация стоит гораздо острее, потому что биологические различия слишком большие, чтобы хотя бы пытаться отождествлять женщин с мужчинами.

То, что происходит на деле, меня просто умиляет. Борьба за половое равенство ведётся против стереотипов, но основным оружием в данный момент выступают… другие стереотипы! Феминизм сегодня строится больше не на логических аргументах, а на эмоциях и стереотипах. «Мне не нравится, что парни меня смотрят, словно на шлюху, этим козлам только одно и надо», — услышал я однажды и рассмеялся девушке в лицо: да она ведь сама смотрит на этих «самцов» только через призму сексуальных отношений! Чёрт, да что такого негативного в естественном половом влечении? А эта сексуальная озабоченность легко «лечится» за сутки-другие интенсивной терапией в постели, до полного изнеможения, я гарантирую это. Ладно, дело бы заканчивалось этим, но иногда феминизм доводит ситуацию до абсурда, требуя абсолютное половое равенство. Борьба против собственной природы заранее обречена на провал. Никто ведь не хочет идти служить в армию вместе с мужчинами, нет! Никто из этих девушек не пойдёт с полцентнера на спине в пылающее здание тушить пожар, не полезет по доброй воле в шахты за углём. А куда же деваются все эти феминистки, когда вдруг начинается кровопролитная война?.. Куда же девается так ревностно требуемое равенство? Представьте себе и такую ситуацию: парень со своей девушкой прогуливаются по ночному городу, им дорогу перекрывают подозрительного вида личности мужского пола и достаточно откровенно намекают на желание половой близости с девушкой, парень при этом, зная о том, как его подруга ценит равенство, предоставляя ей возможность отстаивать свои права самостоятельно. Где заканчивается здравый смысл, где начинается дикость? Маразм ситуации состоит в том, что полового равенства можно достичь лишь одним путём — опустив с детства самоуважение мужчин. Такое слишком часто случается в семьях, где доминирует женщина. Затем же следуют терзания: «Где же настоящие мужчины, почему вокруг только сексуально озабоченные да безвольные тяпки?» Да вот эти тряпки и спермотоксикозники и должны были стать вашими настоящими мужчинами, они смотрят на ваши тела глазами, полными вожделения: «Вы делаете меня тем, кем я являюсь».

Патриотизм — это дикость

Патриотизм — это дикость

Первобытные люди верили, что кроме их племени все живые существа — мясо, даже если те невероятно похожи с ними внешне. Тот факт, что они не принадлежат к их племени, автоматически позволяло ставить в один ряд с животными и охотиться на них так же, как и на всех прочих, чтобы успокоить явно стремящийся к общению бурчащий желудок. Люди могли жить, сохраняя чистоту крови, ибо размножались лишь в пределах собственного племени. Но однажды наступал такой момент, когда какой-нибудь наивный юноша из подлинно человеческого рода принимал привлекательное животное женского пола за свою возлюбленную. А она, девушка из племени настоящих людей, вдруг принимала это милое существо в качестве отца для своих детей… Парочка-тройка подобных кровосмешений — и племенам ничего не оставалось, кроме как признать своё родство и назвать смешанную кровь единственно чисто человеческой. И снова повторяли мантру о возвышенности над прочими… Цикл кровосмешений регулярно повторялся, несмотря на предостережения мудрых шаманов вида «Не совокупляйся — козлёночком станешь»… Однако, никто не становился, напротив, становились сильнее за счёт естественного отбора. Увы, отследить постепенный рост генофонда отследить оказывалось невозможным. А племена тем временем всё росли, превращались в общины, народы, а потом и в знакомые современникам нации… Но осталась ли теперь хоть одна чистокровная нация? С взорвавшейся глобализацией просто невозможно стало хоть сколько-нибудь подавлять последний оплот «шаманов», смешались не только нации, но и расы… Казалось бы, сегодня вся эта картина уже очевидна, но слово «патриотизм» и ныне продолжает играть ярким пламенем на губах восторжённых древней мантрой человеков.

Естественно, первобытные предрассудки о подлинности соседнего народа быстро растаяли бы, словно снег на солнце, если бы их не подпитывали извне. Роль шаманов взяла на себя Система. Никто не стал бы гордиться лишь географическими координатами места своего рождения, если бы оно не было связано с внушаемой идеологией, связанной с историческими заслугами предков, живших в том же государстве, создавшими определённую культуру и взрастившими традиции. Предполагается, что человек в таком случае обязан гордиться тем, что смог идентифицировать себя со своим этносом. Пропагандируя любовь и уважение к ближнему своему, Системе приходится навязывать определённое отношение и к остальным народам. Почти все народы мира имеют свой стереотипный характер, назовём его Лицом. Конечно, многие народы условно объединяются для упрощения психологического ориентирования, получая собирательные названия. Например, для американцев все жители стран бывшего СССР являются русскими, а все коренные жители Америки — индейцы. Самым интересным является то, что в общих чертах все знают Лица основных, самых крупных и влиятельных народов мира. К примеру: русским Лицом является невероятно стойкий к действию алкоголя человек, брутальный и грубый, но честный и товарищеский; английское Лицо — культурно образованный, воспитанный и консервативный; французское — доброжелательный, приятный, стремящийся к красоте и изяществу; американцы заносчивые, неискренние, демонстративно независимые; немцы дисциплинированные, чопорные, деловитые и решительные; евреи хитрые, практичные, заурядные, но при этом «ровнее других»… Каждая нация из своего Лица находит для себя прекрасные черты, которыми можно гордиться. Хитрость состоит в том, что в зависимости от политических отношений между правительствами стран наций и строится стереотипный образ: в Лицах союзников мы видим в основном лишь хорошие черты, тогда как у идеологических врагов ищем недостатки, хотя бы надуманные. Благодаря этой хитрости и становится так легко развязывать войны и проводить массовые манипуляции в отношении целых народов.

По факту же все современные люди принадлежат в одному и тому виду — homo sapiens, и с рождения находятся в примерно одинаковых условиях. Но как только человек приходит в Большой мир, всё мгновенно меняется — он получает социальный статус и определённый уровень по сравнению с прочим человечеством. Это абсолютно естественно, что жители наиболее развитых стран смотрят на жителей стран третьего мира так, словно те ущербные и не имеют шансов на успех в мире, да и поменяйся бы они местами при рождении — ничего бы не изменилось. Всё зависит от уровня развития того или иного места на фоне с последними достижениями цивилизации. Казалось бы, почему тогда в современном мире всё остаётся по прежнему, ведь те, кто более развит в этом отношении, уже в силах дать менее развитым всё необходимое, протянуть руку. Ответ снова очевиден — тогда эти страны потеряют роль сырьевого придатка, станут работать сами на себя, что приведёт к некоторому ослаблению развитых. Таким образом, разжигать расизм и подпитывать национальные предрассудки выгодно. Выгодно одним, но в ущерб широким массам. Говорят, любить своё отечество обязан каждый уважающий себя человек, уважение к своим корням необходимо в качестве внутреннего стержня, мол, за мной великая нация. Но на практике навязывать любовь к чему-либо возможно лишь с помощью контраста, чем не брезгуют пользоваться современные «шаманы». Патриотизм — это первобытная дикость.

Империалистический принцип гласит: «Разделяй и властвуй». Этим принципом воспользовалось британское правительство, когда строилась Британская империя, «чуть» раньше он успешно использовался в создании Римской империи… В эпоху глобализации им пользуется мировое правительство. Предрекая переживания по поводу паранойи: нет, мировое правительство — ни разу не закрытый клуб, это обобщающее название для представителей власти развитых и полезных развитым стран. Кровосмешение стало настолько глобальным, что наций больше нет, остались лишь общие тенденции и иллюзии, которые активно создаются и проповедуются по принципу эхо: один заинтересованный говорит, а всё остальные просто передают всё дальше (или глубже?) внутрь масс людей. Нам прививают любовь к родине, чтобы разделить, по странам, по национальностям… А всё потому, что пастырям удобнее заправлять отдельными стадами, гораздо проще, чем одним гигантским, всемирным. Эхо действует не только в самом сердце Леса. Бунт в одной стране подавить проще, чем во всём мире. Нет больше никаких народов, есть только человечество, мы братья и сёстры по крови, наша родина — Земля, а не какое-то эфемерное образование на её поверхности, воображаемые границы которого стоило бы заливать кровью.

Владение языком: Ограничения

Хотя мы не осознаём этого, мы всё равно мыслим образно. Для того, чтобы чётко представить то, о чём думаем, мы пытаемся заключить это в слова и как бы произнести внутри себя. Но на самом деле у нас многопоточное мышление и словами оно никак не ограничено. Мы ограничиваем его лишь с той целью, чтобы взять в фокус — ведь сфокусироваться на всём сразу невозможно, приходится ставить приоритеты. Этот приём используется в процессе диалога между людьми. Для этого мы берём образ, которых хотим передать и делаем нечто вроде среза. В результате среза мы получаем «плоскую» мысль, которую уже можно сформулировать словами, чтобы озвучить её и таким образом донести до собеседника. Для передачи элементарных образов нам иногда достаточно одного «среза», чтобы собеседник понял, о чём идёт речь. Более сложные образы же передаются лишь посредством передачи некоторого количества таких срезов, мозг собеседника при этом пробует их разные комбинации, в какой-то момент подбирая удовлетворяющий его вариант. Но здесь и заключена самая большая хитрость общения: чтобы передать образ, собеседник должен уже обладать им. Вы не сможете объяснить человеку то, до чего он сам при большом (может, даже огромном, но тем не менее) упорстве не смог бы додуматься, не сможете точно объяснить как выглядит обсуждаемое нечто, если он этого никогда не видел…

Более того, полёт человеческой фантазии тоже не имеет границ. Мы можем думать обо всём на свете, воображать самые невероятные вещи, ощущать самые странные чувства… Но в конце концов одному человеку, который этим всем воодушевляется, хочется поделиться этим с другими. И на этом моменте начинаются большие проблемы. Мы продолжаем общаться без возможности обмениваться образами напрямую, что автоматически приводит к вышеописанному ограничению: если у фантазии собеседника нелётная погода, то каким бы образом вы не пытались ему объяснить, что же имелось в виду, — ничего не получится, пока у этого самого собеседника в голове не будет такого же образа. Но есть ещё более печальное явление: когда вы оба обладаете этим образом, но упираетесь в то, что в языке, на котором происходит общение, банально нету слов, чтобы его передать. Одно дело пытаться объяснить человеку, который никогда не любил что есть любовь, совсем другое — пытаться рассказывать о любви, если любви не существует. Звучит несколько абсурдно, правда? А ведь в мире есть неисчислимое количество вещей, понятий которых не существует — и это автоматически значит, что пытаться говорить о них так же глупо, как и вышеприведённом примере. И, не смотря это, хотя любви гипотетически не существует, а, значит, мы не можем о ней говорить вслух, мы можем любить. Вот в чём вся фишка.

С этого торжественного момента я хотел бы рассказать о той вещи, которая меня так беспокоит последние несколько лет. О том, что отсутствие слов и понятий в языке я уже сказал и объяснил на примере. Но здесь прослеживается гораздо более глубокая тенденция. Мы ведь не можем говорить о том, понятий чего не существует, так? Но ведь это значит, что с точки зрения Общества не существует и самого явления. Возвращаясь к своему примеру: если человек никогда не чувствовал любви в своём сердце, понятия любви вообще не существует, то откуда ему знать об этом? Верно, нет больше источников. Язык формирует первичное мировоззрение. Если у вас нет возможности возвести фундамент для иного мировоззрения, то не получится и построить таковое в будущем, ибо уже никогда не будет возможности установить фундамент заново. И это пронизывает все уровни жизни общества, устанавливая контроль даже над культурой и социальным неравноправием. Таким образом, язык служит идеологии. На первый взгляд, утверждение просто брызжет паранойей и абсурдом. Но для тех, кто и на второй не уловил сути, у меня есть яркий пример из истории. В далёком XVIII веке в Русском царстве, а затем Российской империи, правил славный монарх Пётр I. Любил он путешествовать по другим государствам, правда, как оказалось немного позже, при этом разведывая их стратегические тайны, ибо впоследствии добрый кусок этих государств в итоге он подмял под себя, превратившись из милого и пушистого царя всея Руси в Императора всероссийского. В процессе он «подгонял» своё государство под собственное мировоззрение всяко-разными реформами, из которых особенно следует выделить церковные. Дело в том, что у Петра I в этом нелёком деле нашёлся помощник — епископ Феофан Прокопович, по совместительству крутой проповедник-публицист. И вот в таком тандеме и проводилась масштабная секуляризация языка, коим тогда был церковнославянский. Всё дело в том, что церковнославянский язык был официальным, но никто на нём разговаривать толком не мог, ибо знала его только элита — узкий круг интеллектуалов, все остальные же были чернью, которая на образование рассчитывать не могла. Как можно догадаться, в итоге общение в среде «низшей» было весьма скудным, ибо когда человек выходил за пределы разговорного набора слов и переходил на новый уровень, для высоких материй этих слов ему ставало категорически не хватать. Не имея возможности к «внешнему» развитию, для интеллектуалов чернь была не просто быдлом, а вообще стадами животных, которые послушно работали, не имея никакой физической возможности что-то возразить. Поэтому в течении всё того же XVIII века от церковнославянского языка во имя Просвещения случился переход к более современному русскому литературному языку (ныне именуемому «дореволюционным русским»). Благодаря языковой революции широкие массы обрели свой собственный голос. Мне кажется, значение языка в этом случае переоценить достаточно трудно. Но, возвращаясь к теме, хотел бы спросить кое-что у вас. Как вы считаете, чувствовали ли свою ущербность перед элитой эти люди? Чувствовали они это, или осознавали, но не могли выразить?

Резюмируя вышесказанное, могу смело заявить, что владение языком откровенно мешает нам самим, ибо мы всегда стараемся «одеть» наши образы в соответствующую одёжку. И это всё при том, что до момента освоения/основания языка у нас прекрасно удавалось мыслить без него. С другой стороны, в среде человеков нам необходимо обмениваться мыслями. Ваши права в этой среде целиком и полностью зависят от того, насколько вы сможете их себе обеспечивать. Необходимо быть действительно сильной личностью, чтобы обеспечивать себе эти права самостоятельно. Среди моих знакомых таких людей нет, каждый из нас полагается на государство и предоставленные им права, а государство и есть социум, национальный социум. Мы полагаемся на того, кто рядом, но на что способны сами?

UPD:
Кому интересна тема политической манипуляции посредством языка, предлагаю ознакомиться со следующим текстом: Джордж Оруэлл «Эссе о новоязе»

Миф о Нормальности

Общество отвергает тех, кто из него выделяется, всякого, кто отличается от общей толпы. Так в нём появляются изгои — люди, которых выжили из их социальной среды. Большинство называется «нормальными», все прочие — сумасшедшие и таинственные, которым права жить рядом наравне с нормальными не дано. (Не дано кем?) Идеалом считается то, чему следует большинство. Общество живёт одним-единственным приемлемым ему способом — как все. Те, кто в общую картину не вписываются — из неё должны быть вычеркнуты, выброшены, вытравлены. Нам положено думать одинаково, пользоваться общими представлениями о жизни, мыслить шаблонами и стереотипами, следовать общим паттернам поведения… Стоит чем-то отличиться — на вас уже косо поглядывают. Они боятся. Мы ненавидим то, чего боимся. Мы ненавидим индивидуальность, потому что не можем предсказать действия такого человека, не можем предугадать его ценности и желания. Кто скажет, что маньяк — личность исключительно деструктивная, знайте: это мы сделали его таковым. Веками строились бастионы человечества, и сегодня мы можем своими глазами видеть величие науки психиатрии. Психиатрия — это наше невероятное оружие в борьбе с индивидуальностью.

Мне кажется, здесь надо вкратце упомянуть о том, что же такое психиатрия на самом деле. Очевидным фактом является то, что это — лженаука. Фундаментом для её возникновения было распространение в Средневековье мировых религий, с их навязчивым преследованием ереси. В связи с падением Римской империи, которая была сердцем научного прогресса, церковь очень успешно продвигала свою точку зрения относительно этого вопроса. В результате этого любые психические расстройства непременно связывались с бурной деятельностью Сатаны, вселением бесов и тому подобным. Впрочем, псевдонаучные трактаты доступны для просвещения человеку недалёкому и сегодня… Само собой, лечилось это не менее адскими способами: танцы с бубнами, молитвы, изгнания нечистых сил, на всякий случай к этому прибавляла милая душе моей средневековая инквизиция ещё и пытки, апогеем неизменно было сжигание на костре. В общем, весело тогда людей лечили. Справедливости ради стоит заметить, что церковь своего всё-таки добивалась: трупики выглядели очень даже здорово. Кое-какое движение в направлении того, что мы видим сейчас, появилось лишь в XVIII веке. Правда, несмотря на то, что наконец истоками перестали признавать вселение бесов и порабощение души, методы «лечения» не изменились: всё так же продолжались пытки, репрессии и насильное лишение свободы. И лишь в какой-то момент психиатры поняли, что можно не только получать удовольствие от процесса лечения, но и, как говорится, монетизировать. Что такое Бедлам и как он разрастался, я думаю, знают многие, остальные же могут найти информацию в Сети, а то я и так далеко ушёл в дебри… В общем, на примере истории Бедлама просто идеально наблюдать развитие всей психиатрии. И уж если смотреть объективно, то ничего не изменилось, поскольку всё так же насильно лишают свободы, хотя и пытают теперь попроще — биохимически, постепенное уничтожение личности человека, лишение какой-либо воли (как морально, так и физически). А, ну и сдирая за это грандиозные суммы денег с государства и родных «больного». При чём толковый психиатр легко может понаписать невероятных заболеваний вполне здоровому человеку. Кому интересно, рекомендую посмотреть фильм «Полёт над гнездом кукушки», об истории же развития есть якобы документальный (уж больно много фантазий авторов, хотя в целом очень даже правдивый) фильм «Психиатрия: Индустрия смерти». Тема достаточно интересная, как по мне.

Так вот, к чему же, собственно, был этот «микроочерк» истории описанной лженауки. Дело в том, что от самых истоков психиатрия была средством борьбы с инакомыслием. Сейчас стало модно подчёркивать идеи свободы и даже свободомыслия. Можно думать и даже открыто заявлять, что вы — безумны. Последнее, кстати, в последнее время стало очень модным, хотя, конечно, каждому человеку свойственно считать себя особенным. Но только один шаг за грань — и вы уже тяжелобольной, уже не личность, каковой привыкли себя воображать, а лишь гниющее сознание, вас надо срочно «лечить»…

Та свобода, который мы обладаем, слишком иллюзорна. И она ограничивает нас этим. Если человек имеет возможность «следовать за кроликом», он остановится — тот самый здравый рассудок, то желание казаться нормальным не даёт ему идти по тропе безумия. Но факт того, что он может это сделать, возвышает его над остальными. То есть, потенциал каждого человека подавляется им самим с простой целью — казаться «нормальным». Но вот проблема: нормальность у каждого своя. При чём создаётся она из того, что нам больше всего привычно в жизни. То, что для одного норма, для другого — патология. Нет никакого стандартного сознания, у каждого оно уникально. Как же тогда можно говорить про какое-то безумие? Дайте подлинную свободу большинству — и очень скоро она станет нормой жизни, безумие станет нормой, а на прошлые жизненные уклады будут плеваться как на первобытные. Подлинная революция будет внутриличностной.

Здоровый эгоизм

Каждое действие, совершаемое человеком, выполняется с одной единственной целью — удовлетворить свой врождённый эгоизм. Чем бы человек не занимался, в центре его сознания всегда будет «я», всё остальное лишь вращается вокруг личности человека. А, значит, любое действие основным своим заданием имеет удовлетворение самого человека. Когда я говорил об этой своей мысли в реальности, мне сразу же возражали: «А как же искренняя, добровольная помощь нуждающемуся?» Да, вы действительно можете искренне хотеть и помогать человеку. Но одно слово «искренность» уже показывает, что эти чувства идут прямо от вас, изнутри. А, значит, и удовлетворять эти чувства возможно лишь сообщая о результате туда же, внутрь себя. Факт того, что человек получает удовольствие от добровольной помощи, в доказательствах не нуждается. А если вы получаете удовольствие от этого, то это прямо говорит о личной заинтересованности, то есть, это приносит очевидную пользу. Попытки не дать раскрыть своё откровенное лицемерие, доказывая, что личное удовольствие от результата — лишь побочный эффект, терпят сокрушительное поражение по одной простой причине: если вам будет неприятно осознавать факт помощи со своей стороны, то помогать вы просто не станете. Таким образом, собственное удовлетворение является первопричиной любого благого (и не особенно) поступка. Но почему же тогда почти всем кажется, что я говорю об эгоизме как о чём-то плохом?

На самом деле эгоизм — врождённый механизм у всех человеков. Он является очевидным следствием минимального развития инстинкта самосохранения, который присущ любому чувствующему существу. По неизвестной мне логике причине эгоизм считают негативной чертой человека. При чём, при этом подразумевается, что эгоистичный человек думает только о себе и по этой причине пренебрегает интересами окружающих. В действительности это ни разу не эгоизм, а лишь откровенная глупость. Человек, который не считается с интересами окружающих, в итоге сталкивается с тем, что и общество на него старается реагировать соответствующим образом. Это совершенно недальновидный подход к жизни и человекам, которые в ней участвуют. Я же говорю о подлинном эгоизме, присущему практически любому человеку. Настоящий эгоизм заключается в том, что человек может жить таким образом, чтобы удовлетворять свои желания, но при этом считаться с интересами других. Но, тем не менее, свои желания всегда будут на порядок важнее чужих. И вот это действительно является сущностью любых желаний человека.

Я предлагаю всегда смотреть правде в глаза. Признайтесь себе, что вы — законченный эгоист. А если всё ещё считаете, что в первую очередь делаете благое дело, а не стараетесь ради собственной выгоды, то ещё и лицемер. Признавать свою истинную сущность очень полезно. Благодаря этому человек освобождается от внутреннего конфликта. Более того, становится намного проще в общении с людьми. Например, гораздо легче воспринимать человека, если вы можете в лоб заявить, что в первичная цель контакта с ним — удовлетворение от процесса. А как легко становится делать подарки близким: когда вы ощущаете, что вам самим приятно дарить что-то, что дарите это ради собственной радости, то никогда не возникнет до боли знакомого многим чувства «вот я тебе что-то дарю, а ты мне — никогда, эгоист чёртов». В общем, будьте честны с собой и окружающими — это непременно оценят, и оценят по достоинству. Гораздо больше, чем ваше неприкрытое лицемерие. Искренность, она чувствуется.

Герои и неудачники

Оговорюсь заранее, что этот пост я пишу о себе лишь в небольшой мере, по большей части же он о наблюдениях за людьми, меня окружающими, их поведении и привычках. Более того, то, что я вижу в других — всего лишь теоретическая сторона вопроса, ибо почувствовать себя «в их шкуре» я не могу физически. Но то, что касается меня, готов излагать с завидной искренностью.

Жизнь проходит для разных людей совершенно по-разному — такое открытие я сделал очень давно и моё мнение не изменилось до сих пор. Даже человеки, которые находятся в одинаковой ситуации и делают одну и ту же работу, могут относиться к своему общему занятию прямо противоположным образом. Отчасти это происходит из-за того, что каждый человек развивается своим путём, даже если эти люди проходят одинаковую «школу жизни». Если характеры у подопытных человечишек немного разные — в результате восприятие реальности у каждого своё, индивидуальное. И оно определяет отношение к действительности. Характерно то, что другие люди, которые не знают вашей биографии и истории развития на соответствующем поприще, собственного объективного мнения иметь по определению не могут, поэтому к вам относятся так, как вы себя представляете. То есть, мнение о вас и вашей деятельности не просто глубоко субъективное, оно ещё и всецело зависит от вашего самовосприятия.

Очень интересно рассматривать эту ситуацию на практике, если внушить человеку, что любые трудности, которые преподносит ему жизнь, надо воспринимать как борьбу за собственные интересы. А в борьбе, как известно, есть три исхода: либо вы выходите из неё победителем, либо проигравшим, либо просто уходите из неё. Последнее, кстати, заслуживает отдельного абзаца.

Дело в том, что разным людям также свойственно немного по-разному воспринимать борьбу. Для некоторых не является совершенно очевидным единственный разумный способ решения проблемы — её преодоление. «Самый лёгкий способ решения проблемы — попросту отрицать ее наличие», — как говорил Айзек Азимов в своей книге «Сами боги». Бежать от проблем, конечно, можно. Тут как в старой русской сказке: «налево пойдешь — коня потеряешь, направо пойдешь — счастье найдешь, прямо пойдешь — не сносить тебе головы»… Только люди забывают о самом очевидном варианте — остаться на месте и не терпеть тяжких ударов судьбы. :) Но следует помнить, что любая нерешённая проблема остаётся висеть грузом на вашей шее. И у человека не остаётся какого-либо выбора, кроме как носить этот груз по жизни. А чем больше проблем было проигнорировано этим самым человеком, тем большую ношу приходится нести. Результат может быть только один — в какой-то момент этот груз становится неподъёмным, а жизнь превращается в тяжкие страдания о том, как всё плохо. В этом случае, конечно, уже практически бесполезно бороться с собой, и прямой путь решения проблемы — посещение психолога, а то и психиатра.

По описанным выше причинам я считаю третий вариант не имеющим право на существование. В какой-то мере даже отождествляю понятия «провал» и «игнорирование проблемы». Поэтому в процессе сколько-нибудь активной жизнедеятельности мы неизбежно наталкиваемся на проблемы, и выходим из них либо победителями, либо проигравшими. Если всё-таки объективно смотреть на это, то каким бы ни был исход в борьбе за освобождение от пут проблем, любая борьба — это бесценный опыт. Более того, неудачи на самом деле приносят куда больше пользы человеку, чем успех. Потому что, как бы мы ни старались учиться на чужих ошибках, эффективнее всё-таки самому наступать на утоптанные в асфальт грабли. Проблема лишь в том, что грабли всё так же больно бьют своих обидчиков, поэтому некоторые избегают вообще что-либо делать, если возможно допустить ошибку, пусть даже незначительную. А сколько проблем и беспокойств по поводу того, насколько это всё одобрят окружающие… Которым зачастую вообще наплевать на чужие проблемы.

Другое дело, что у всех людей эти грабли воспринимаются неодинаково. Один на них наступает, чувствует накрывающую боль и решает: «А ну его к чёрту, пойду лучше займусь любимым делом»… Последнее, кстати, чаще всего означает активное ничегонеделание. Другой человек не сдаётся. Тут важно уточнить то, что он может делать это потому, что либо уже знает, как решать возникшую проблему, либо, что чаще всего происходит у меня, просто слишком упорный, чтобы сдаваться, поэтому перерывает себя, пол-Сети, тонны литературы… Важно то, что успех всё равно неизбежен, главное — находить к нему истинный путь и проходить его до самого конца. Но иногда бывает, что усилия были приложены просто грандиозные, но этот путь найден не был. Вот именно на этом моменте и стоит остановиться. Когда человеки не достигают желаемого успеха хронически, они понимают, что что-то не так. И здесь начинается самое интересное. Тип людей, которые чувствуют себя достаточно сильными, чтобы бороться, заявляют, что в мире что-то не так, а значит мир необходимо менять. Конечно, это не значит, что мир обязательно надо менять действительно в планетарных масштабах. :) Брюс Ли когда-то сказал замечательную фразу: «К чёрту обстоятельства. Я создаю возможности». Она очень точно характеризует этот подход к жизни. И, что характерно, он очень даже эффективен, несмотря на то, что я часто упоминаю о невозможности реализации человеческого потенциала из-за ограничений Системы. Впрочем, последнее происходит в основном потому, что нам привычнее выбирать из предложенных жизнью вариантов, а не, соответственно вышеупомянутой цитате, создавать свои собственные.

Есть и другой тип людей. Они нам всем известны благодаря широко распространённым стереотипам. Это так называемые «неудачники». Они точно так же сталкиваются с хронически возникающими проблемами, но в итоге приходят к выводу, что всё-таки что-то не так у них, в то время как мир статичен. Благодаря всё тем же стереотипам мы знаем, что это жалкие личности, зануды и вообще неясно, откуда у них право гордо именовать себя «человеком». И хотя в реальности терминальные стадии почти не встречаются, мне пару раз удавалось пообщаться с подобными людьми. Это люди, которым безумно не нравится их жизнь, но которые решили, что у них нет никаких перспектив, поэтому и стараться-то незачем. Причём, у обоих из встреченных мною это считалось «подарком» судьбы, хотя я совершенно недоумевал, с чего вдруг был сделан такой категоричный вывод. Но, как мне показалось, убедить в ложности такого утверждения, невозможно. Правда, я-то человек такой, что раз человек не стремится сам к чему-то, а я без совершения этого действия могу легко обойтись (или скомпенсировать аналогичным действием со стороны другого человека, в зависимости от ситуации), то «уламывать» никогда не начинаю…

В конце концов, ещё Цицерон говорил: «Найдется ли кто-то, кто, бросая целый день дротик, не попадет однажды в цель?» Истина же в том, что люди разные, у кого-то есть физические способности, у кого-то интеллектуальные, у особо старательных (и/или удачливых) есть и то, и другое, но сила воли сильна абсолютно у всех. Нет людей, слабых морально. Это они делают себя такими, сначала убеждая в этом других, а в итоге и самих себя. Может быть, в детстве выгодно казаться беспомощным, потому что старшие жалеют и сочувствуют такому ребёнку. Но это укореняется, что есть прямым путём в пучину отчаяния. Уметь ломать себя пополам — очень полезный навык, которым стоит пользоваться регулярно, поскольку он позволяет становиться сильнее. Получать от жизни надо всё, что она предлагает. А маски пусть остаются для слабаков… И агрессивных экспериментаторов вроде меня. :)

Общество потребления

Веками на нашей планете формировалось общество потребления. И процесс этот ещё не просто не завершён, он сейчас в расцвете. Началось всё из самого малого: люди, которые понимали вдруг, что ни разу не обязательно всё время работать на полях, дабы добывать себе еду, не обязательно иметь в семье кузнеца, чтобы иметь счастье пользоваться железными изделиями вместо деревянных, человек не обязан быть воином, чтобы защитить себя и своих близких во время войны… Будет вполне достаточным предложить что-нибудь достойное взамен, причём необязательно равноценное. И когда человек понимал этот простой закон будущего — он прекращал производить необходимый ему продукт в пользу другого, который ему и не нужен, но который можно успешно обменять на первый другим людям. Это был первый шаг человечества к достижению Счастья за счёт материальных нужд. Воистину, в этот чудесный переломный момент Общество перешагнуло на следующую ступень своего развития — выбору конкретных области труда по собственному желанию.

Сия система развивалась очень долго, и, как всегда случается в подобных ситуациях, осела в головах последующих поколений как норма жизни. Механизм улучшался и расширялся, пока не достиг сегодняшнего состояния, когда вместо производителя продукта мы становимся лишь мелким звеном в длинной цепи… Сегодня общество потребления сформировалось почти окончательно. Исключения составляют лишь страны «третьего мира», но и они участвуют, в качестве сырьевого придатка. Диспропорциональность стала очевидной: в то время, когда вы являетесь мелким звеном, сами же употребляете сотни разных продуктов питания, пользуетесь разнообразной техникой — сколько человеко единиц было задействовано для произведения каждого из этих благ?.. Также общество потребления неразрывно связано с таким жизненным укладом, как капитализм. Вместе они представляют собой ядерную смесь, которая неизбежно отравляет мозг каждого новоприбывшего в этот мир.

Продаётся и покупается сегодня практически всё. Но это ещё полбеды, ибо другая сторона проблемы гораздо внушительнее. Дело в том, что экономическая составляющая нашей жизни превосходит в процентном отношении все остальные. Проще говоря, приобретение вещей стало смыслом нашей жизни. Причём по такой «промывке мозга» меры проводятся весьма комплексные. Сложно сказать, что же в конечном итоге имеет на нас большее влияние. Наверняка можно сказать лишь то, что решающим фактором является реклама и другие формы маркетинга. Благодаря рекламе конечному потребителю вполне удачно можно продать то, что ему совершенно не нужно, а то, что нужно лишь в небольшой мере, продаётся в колоссальных объёмах. Дедушка Ленин однажды мудро сказал, что либо от перепроизводства рынок капиталистов загнётся, либо им удастся впаривать своим соотечественникам бесполезные вещи. Узнай он, насколько же был прав, наверняка бы в гробу переворачивался…

Для подобного фанатичного отношения к вещам приходится трудиться огромному количеству человеков. Что забавляет, большая часть из них и сама не понимает масштабы этого акта трагедии, в которой играет главную роль. Ещё со школьного возраста некто апеллирует к чувствам: «Вы не такой как все — демонстрируйте же это!» А голос стада в другое ухо не забывает нашёптывать: «Вы ведь не хуже остальных — не забудьте показать им это»… И «личинка человека» судорожно начинает метаться из огня да в полымя, что отвечало бы вышеуказанным требованиям. Требованиям, неизвестно кем продиктованными… А по сути, это выглядит не иначе, как попытка купить статус в виде материальных ценностей.

Главным, решающим фактором в такой ситуации является уровень духовного развития индивидуума. Ибо лишь тому, кто достаточно развит духовно, неведомо непреодолимое желание выразить себя материально — потому, что такому человеку не стыдно показать себя, не скрываясь за бронированным психологическим щитом своего имущества. Если у человека есть что-то за душой, он просто не будет пытаться компенсировать свою неполноценность вещами. Таким образом, чтобы общество потребления правильно функционировало, развивалось и торжествовало, население необходимо этого духовного развития лишить. Хотя мы пошли ещё дальше, нас не просто лишают духовных ценностей, нам их подменяют на пустышки. То есть, человек считает, что он духовно развит, в то время как за душой у него по прежнему пустота. Однако, наш мир демонстративно свободен он явного манипулирования сознанием — оно, конечно, имеется, но не напоказ. Конечно, ведь появись в Уголовном Кодексе статья, запрещающая читать некоторую литературу хоть под страхом смерти — возбудили бы желание восстания… Нет, вместо этого нас упорно топят в океане информации. Через некоторое время человек теряет желание анализировать всю получаемую информацию, а затем и вовсе начинает игнорировать всё, что не касается его самого напрямую. Куда девается детская любознательность, благодаря которой мы познавали мир?

Спросите у любого обычного школьника, имеет ли он желание учиться — и вы наверняка услышите отрицательный ответ. Есть даже вероятность, что отмени школу как обязательный момент, эта «личинка человека» с радостью бы на неё забила. В то время, как школа — его основной источник знаний. Да и школьная программа оставляет желать лучшего… Впрочем, тема образовательной системы — тема для отдельного поста. Суть в том, что в результате у маленького человека абсолютно сознательно отбивают желание духовно обогащаться.

Зато, к примеру, киноиндустрия беспрерывно «радует» нас премьерами… Я один обратил внимание, что в большей половине фильмов акцент поставлен на материальные ценности? Чуть менее печально обстоит дело с производимой в тех же краях анимацией и мультфильмами, хотя продукция, ориентированная на детей и должна разве что «подготавливать» их к грядущему «светлому» будущему. Хотя вот взять аниме, ориентированное уже на подростков или более старшую аудиторию — и здесь снова встречаются те же акценты, что и в «шедеврах» Голливуда. Художественная литература тоже не лишена этого недостатка… По сути, вся массовая литература подталкивает нас к одному и тому же. Проводится пропаганда образа жизни, в которой Нормальный человек может быть лишь двух типов: среднестатистический и успешный. Кстати говоря, вдруг вспомнился пост в блоге одного прекрасного товарища по имени Barif, где наглядно рассказывается разница между восприятием этих двух типов на Западе и в нашем постсоветском мире, где у богатых имеется чуть ли не презрение к менее обеспеченным гражданам, а также навязчивое желание демонстрировать свою состоятельность.

В целом же, пропагандируемый идеал таков: юность угробить на образование, расцвет сил вложить в работу, дабы подлинное Счастье променять на немощную старость в окружении множества бесполезных, но имитирующих источник счастья предметов. Разве это — ваш идеал?

Бесполезный труд

Я считаю, что в наше время работа является вещью практически бесполезной. Мощности человечества на данный момент позволяют выполнять грандиозные объёмы работ с минимальными трудозатратами. При желании добрую половину рабочих мест можно лишить труда человеческого, и заменить без особых потерь для результата машинами. Интеллектуальная работа зачастую легко автоматизируется, в результате чего человек нужен только для разработки таких машин и создания чего-нибудь нового. Псевдонейронные сети могут быть созданы и сегодня, остаётся лишь стандартизировать информацию в Сети, а структура языка (к примеру, «интернационального» английского) вполне позволяет проводить семантический анализ собираемой информации. Таким образом, можно заменить мастеров пера и инженеров, разнообразных лаборантов и дворников — всю их работу можно алгоритмизировать. Имея возможность собирать факты на безграничных просторах Сети, программы, претендующие на звание «искусственного интеллекта» (напомню, что подобное пока создать нельзя, но имитировать его пытаются сплошь и рядом), вполне могут строить предположения и тут же их проверять, достигая при этом даже научных открытий. Конечно, если будет создан полноценный ИИ, то, в принципе, необходимость человеческого труда вообще можно будет смело отменять… Но пока речь идёт о положении дел сегодня.

Итак, по большей части людей можно уже сейчас отстранять от труда. Но при этом освободится гигантское количество рабочих мест, а, значит, миллионам и даже миллиардам человеков может оказаться банально нечего делать. Не говоря уж о трудоголиках, которые будут страдать. В это сложно поверить, но когда людей насильно не заставляют что-либо делать, то они зачастую теряют какую бы то ни было цель в жизни. И начинают до безумия уныло «прожигать жизнь». Было время, когда мне воочию доводилось созерцать сотни таких людей, печально играющих в одну довольно простую, но затягивающую онлайн-игру. Честно говоря, меня жутко пугает, когда человек играет по несколько часов в день лишь потому, что ему необходимо «убить время». Как можно так сидеть, по крайней мере не делая чего-либо параллельно — я искренне не понимаю. А ведь эти люди — самый наглядный пример нераскрытого потенциала человеков. Остаётся лишь надеяться, что, прекратив производить своими силами, люди пустятся в чистое потребление, а не пойдут добывать зрелища в дополнение к хлебу.

Таким образом, с одной стороны, люди работают по большей части впустую, но что же будет, если освободить людей от такой работы? Мало того, что многие искренне ненавидят свою работу, что она не приносит Обществу той пользы, которую могла бы, реализуй потенциальные возможности автоматизированного труда, так ещё и «прожигает жизнь» тех, кто ей отдаётся. Однако, лишь благодаря подавлению свободы этого Общества (под лозунгами свободы и равенства, какая ирония), оно и функционирует настолько стабильно. Пока Система делает своё подлое дело, всё хорошо, но к чему приведёт шаг в сторону?

Вообще, вся хитрость в том, что человечество подобной возможности раньше никогда не получало. В то же время, природа Общества такова, что оно должно развиваться по протоптанным тропам. Мудрость коллективного разума или нет, а это логично, ибо покуда мы идём проверенным путём, Общество не свалится в пропасть. Путь Революции нам несвойственен. И тем не менее, всемирная индустриализация — наша путёвка в беззаботную жизнь, которую великие мира сего мудро разменяли на безумное перепроизводство…

Страница 1 из 212