время

Поводы для гордости

Поводы для гордости

Было ли у вас такое, что после бессонной ночи, пытаясь вспомнить сегоднюю дату, вы называли дату предыдущего дня? Сутки сливаются воедино, если не разделять их сном. Если бы не смена сезонов, года бы сливались и пролетали так само: не будь зимы с новым годом и рождеством, один год ничем не отличался бы от другого. Люди как-то привыкли привязывать свою жизнь ко всем этим событиям. С одной стороны, это вызывает сильное ощущение искусственности нашего времяисчисления, ведь если на биологическом уровне смена дат никак не ощущается, то она не стоит и десятой доли того смысла, который мы в неё вкладываем. А с другой стороны, если в неё этого смысла не вкладывать, что у нас остаётся?

А остаётся самое главное — «время» завязывается не на цифрах на бесчисленных циферблатах и дисплеях вокруг, а на значимых событиях. Вы вряд ли сможете хотя бы месяц прожить, ничего не делая. Ну то есть как, мы всегда что-то делаем, новости или ещё какой-нибудь тлен читаем там, едем куда-нибудь, просиживаем часы в университете или в социальных сетях. Но ведь это не те события, о которых вы сможете хотя бы вспомнить спустя год, правда? Вы вспомните праздники, поездки, самые тёплые и нежные моменты… Вы вспомите, чего значимого сделали за прошедшее время. Не так важно, касается это только вас, близких вам людей или это события, затрагивающие сотни, а то и тысячи людей вокруг. Важно то, что оглядываясь назад, вы с должны ни на секунду не жалеть о том, как эти дни прошли и всегда быть готовыми составить целый список поводов для гордости.

Трава была зеленее

Трава была зеленее

Прошлое всегда будет лучше настоящего. Человеческая память оборудована очень хитрым механизмом забывания, благодаря которому остаются актуальными только приятные воспоминания. Неприятные же либо совершенно забываются, либо воспринимаются как интересные приключения прошлого. Даже ужасы, которые человек переживает на войне, впоследствии будут вспоминаться лишь как большое и опасное, но всё же захватывающее приключение (если верить словам персонажа книги «Чёрный обелиск» Эриха Ремарка). Трудности ведь уже позади. Таким образом, даже в отвратительных воспоминаниях нам удаётся находить множество приятных и полезных вещей. Память не сохраняет того множества мелких недостатков, которые человек видит сейчас. К сожалению, сравнение — это привычный нам способ оценки. Что бы не происходило, чем бы мы не занимались, с какими людьми бы мы не встречались, невольно сравниваем всё это с тем, что было в нашем прошлом. Как результат, обратной стороной жизненного опыта оказывается ощущение постоянного «даунгрэйда» реальности. То есть, чем дальше, тем хуже.

Образно говоря, чем больше у человека будет багаж жизненного опыта, тем он тяжелее. Говорят, старость наступает тогда, когда периодически начинают проскакивать мысли и фразы типа «Раньше трава была зеленее». И этот человек будет прав. В детстве краски действительно кажутся сочнее, насыщеннее, мир вокруг впечатляет своей яркостью и просторами, окружающие кажутся более приветливыми, в голове витают мечты, и они действительно исполнимы, ведь время тянется так медленно, а сколько ещё до старости-то… Физические нагрузки встречались с радостью и удовольствием, любая погода ощущалась приятнее, даже ширпотребная музыка казалась божественной, а пластиковая еда — вкусной (именно потому многим неиллюзорно доставляет вкушать химикалии «из детства», что в голове ассоциации с «тем самым» вкусом). Радость первооткрывателя зажигает любого из нас, но даже самый яркий огонь однажды оставляет за собой лишь едва тлеющие угольки.

А теперь суммируем предыдущие два абзаца: из прошлого в памяти сохраняется только приятное, которые даже в оригинале было гораздо ярче. И эти рафинированные сладостные воспоминания сравниваются с «мрачной» реальностью. И вроде та же природа, те же удивительные пейзажи, еда всё так же вкусна, праздники такие же весёлые, фильмы такие же интересные, игры такие же увлекательные, музыка такая же замечательная… Объективно, даже лучше. Но всё-таки это не то. Уже не то. Краски выцветают, «голый» интерес больше не вдохновляет тратить уйму времени, переживания словно притупляются, нет больше трепета, действительно удивить становится практически невозможно, мелкие проблемы больше не пугают своей «значительностью»… Всё это неизбежно будет подавлять вас, признаёте вы это за проблему или предпочитаете думать об этом как о нормальном развитии событий. Неужели раньше и правда было лучше? Или, может, это вы со своим сравнением приходите к неверному выводу?

Когда мы были детьми, мы принимали реальность такой, какой она была. Нам было не с чем её сравнивать, но нас это не печалило, потому что мы были слишком увлечены открытием нового великолепного мира, в котором была уйма интереснейших вещей. Значительно более интересных, чем какие-то сравнения. Это был смысл, в отсутствие которого человек увлекается самокопанием и анализом своего прошлого. Когда вы выросли? Возможно, именно в этот момент совершается самый великий самообман, который только будет в вашей жизни — в этот момент, когда мир перестаёт удивлять. Я искренне завидую тем, кто в старости с той же увлечённостью занимается своим делом. Большинство из нас уже в юности на многие рутинные дела смотрят как на мимолётную необходимость: «подумаешь, что это никому нафиг не нужно, надо сделать и забыть». Мы возносим себя выше бытовых нужд. Пока мы так считаем, делаем и забываем, проходит время. А это время и должно было бы быть вашей жизнью.

Как умирает мечта

Как умирает мечта

У каждого человека однажды появляется своя великая мечта. Кто-то мечтает стать великим полководцем, кто-то — первооткрывателем или известным учёным, известным даже широким массам, ребятишки в Советском Союзе через одного мечтали стать космонавтами и спасателями, а их ровесницы-девчонки мечтали спасать людей, когда вырастут. Другие мечтали стать рок-звёздами и смазливыми певицами, терзающими тему переворачивающейся в гробу любви, боссами в крупных компаниях, самыми главными и, что ещё важнее, известными, и, желательно, во всём мире. Подрастая, у каждого формировалась своя сфера интересов, в зависимости от того, в какую компанию человек попадал, на какой информационный фон наталкивался, какое образование получал, как ко всему этому относились и влияли близкие, в основном это, конечно же, родители. Под давлением всех этих факторов мечты о светлом будущем нещадно деформируются, планы на жизнь меняются, можно сказать, происходит предраспределение сфер влияния. Большинство потенциальных героев и учёных умирают, не успев даже встать на этот тернистый путь.

А ещё с самого детства мы узнаём, что однажды нам предстоит с каким-то другим несчастный существом заключить брак. То бишь, жениться или выйти замуж. И если значение половораздельных частностей мне было очевидно, то значение выражения «заключение брака» оставалось покрыто завесой тайны. Дело в том, что в завидно молодом возрасте мне далеко не единожды доводилось бывать у матери на работе в психиатрической больнице, где я частенько натыкался на деловито оформленные тексты, озаглавленные «Заключение». Вероятно, ассоциация заключения брака с психиатрической больницей теперь будет преследовать меня всю жизнь… Итак, в детстве мы узнаём, что в далёком будущем нам предстоит найти себе человека противоположного пола и сделать его своим спутником как минимум в ближайшей стадии жизни. И хотя большинству не объясняют, каким образом, ещё мы узнаём, что однажды у нас возникнут детишки — такие себе личинки человеков, мелкие и норовящие испортить стабильность мироздания создания, как и мы в тот момент, правда, к моменту их возникновения этих самых детишек нам предполагается уже стать большими, немного мудрыми и покорными этому самому мирозданию. Таким нехитрым образом, мы все узнаём, что наши детские мечты должны как-либо поумериться и выделить место для более важного дела — поиска себе жертвы, которую можно по доброй воле заставить быть рядом, а впоследствии ещё и отдать должок матери-природе в виде потомства.

И ладно бы просто долг отдать и расслабиться, так нет же, в какой-то весьма плавно наступающий момент бедному подрастающему человеку в голову начинают «бить» гормоны. Эффект просто потрясающий, особенно увлекательно это всё происходит у новоявленных «омега-самцов», коих зачастую прямо-таки накрывает неким цунами всяких навязчивых извращенных желаний, вытесняя из, и без того не у всех достаточно развитого, мозга всё, кроме желания поскорее заняться процессом возвращения этого самого должка природе. А потом догнать, и ещё несколько раз вернуть. У самок же это обычно происходит менее ярко, зато нередко затягивается аж до преклонного возраста. Правда, у последних другие тараканы проявляются, и неясно даже, что хуже. При таких обстоятельствах человеку обычно становится как-то не до мечты о будущем, наполненным уважением и почитанием его личности. Как же, лезвием к небу стоит вопрос физиологических контактов! Наверняка в заключении многим становится весьма весело, когда они обнаруживают, на какую дрянь было потрачено столько лет (и нервов?)…

Но самое интересное наступает потом. Однажды человек, каким-то невероятным образом вырвавшийся и порочного круга сферы своих интересов, ограниченных интимными связями, обнаруживает, что всё остальное всё это время проходило мимо. И хорошо, если он обнаруживает это в ещё юном возрасте, так ведь большинство приходит к этому только в результате кризиса среднего возраста, когда становится понятно, что полжизни уже прошло, а на оставшиеся полжизни никак не планируется реализации какой-то детской мечты, поскольку, чёрт, необходимо кормить уже не только себя, но теперь ещё и маленьких спиногрызов. А чтобы кормиться и кормить кого-то — необходимо работать. Работа же отнимает немало сил, а их остаток уходит на семью, которая тоже требует заботы и внимания. Все детские мечты потихоньку откладываются всё время на потом и на потом, ровно до тех пор, пока не становится очевидно, что уже слишком поздно. Те же, кто всё-таки находит время для этого, натыкаются на другую психологическую преграду. Дело в том, что чем человек старше, тем сложнее ему становится осваивать что-то новое, пусть даже этого и хотелось всю предшествующую жизнь. В конечном итоге, подавляющему большинству жизнь «обрезает крылья», дополнительно вгоняя в экзистенциальный кризис.

Кто же придумал для нас такую клетку, в которой мы обречены метаться по кругу в поисках собственного смысла для своей же жизни? И почему этим смыслом не может стать осуществление детской мечты? И хотя клетка для нас очевидна, кто по покорности своей, кто под действием бушующих гормонов, кто просто не обнаруживая пути иного, сам, по доброй воли, входит в эту клетку, которая защёлкивается сразу же за его спиной. Особенно интересно всё это на фоне того, что, фактически, любовь как явление длится до трёх лет (потом человек словно пробуждается от крепкого сна…), плавно переходя в привычку, а то и вовсе в особое обстоятельство. В сексуальном плане всё ещё веселее, поскольку как ни крути, а человек, каждый квадратный сантиметр тела для вас знаком, в какой-то момент перестаёт быть интересен. И нет же просто смириться с этим фактом, человеки начинают изощряться, например, увлекаясь фетишизмом и разыскивая всяко-разные другие способы в печатных изданиях под заголовками вида «Как разнообразить половую жизнь» или «Что надо ещё попробовать в сексе». Довольно интересно было бы, наверняка, понаблюдать за этим глазами семейного психолога, дающего советы по поводу того, как оживлять труп былой любви, который всё время норовит снова и снова закопаться в землю… С другой стороны, можно всю жизнь заниматься тем, что менять любовников по мере иссякания увлечения предыдущими, но, думаю, после пары-тройки начнут проявляться закономерности и процесс утратит последние оттенки привлекательной таинственности.

Так, может, не стоит делать ставку на то, что ячейкой общества обязательно должна быть только семья? Ведь если проследить историю её формирования, оказывается заметной такая тенденция, как урезание количества членов общины. И с каждым шагом урезания количества членов понижается их общность, переходя к всё большей и большей индивидуализации. Логично, что следующим шагом после семьи должен стать сверх-индивидуализм: когда каждый заботится в первую очередь о самом себе, а не о посторонних человеках, пусть даже таких, к которым он в итоге сильно привыкает или и вовсе участвует в процессе их создания… Многие о таком варианте решат лишь то, что он абсолютно аморален, а, следовательно, не имеет права на развитие вовсе. Но даже при таком очевидном недостатке, как отсутствие внешней привлекательности, у него остаётся иной козырь, гораздо более значительный, как по мне: только отказавшись от традиционной семьи как общественного формирования, можно целиком и полностью отдаться исполнению своей мечты собственными же руками.

Относительность

Относительность

В этом мире лишь одна вещь абсолютна — относительность. Нельзя даже со стопроцентной уверенностью утверждать, что реальность абсолютна. Лучшим определением материального мира считается определение, сделанное в книге «Материализм и эмпириокритицизм», автором которой является небезызвестный Владимир Ильич Ленин, и формулируется оно следующим образом. «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них» Но каким образом можно проверить, существует ли независимо от человека материя, кроме как задав вопрос товарищу, после которого тот наверняка на вас весьма косо глянет? Проблема в том, что этот самый товарищ может точно так же отображаться ощущениями, будучи всего лишь плодом воображения человека, убедившего самого себя в реальности собственной выдумки. Мы способны изменять свои воспоминания и мировоззрение, заставлять себя верить в то, что на самом деле даже в теории невозможно или неосуществимо… Точно так же мир, захватывающие разнообразием красок, тоже может являться лишь частью вашей дивной фантазии. Слишком большой масштаб? Неправда, мы ведь обычно видим лишь совсем маленькую его часть, которую человеческий мозг может точно так же «отрисовывать», например, во сне. Однако, какая игра слов! Как можно сомневаться в реальности самой реальности?

А ведь единственное, в чём можно быть уверенным до самого конца — это в самом себе. Я могу сомневаться в реальности этого мира, но принимать его, поскольку лучшего варианта нету. Но в самом себе сомневаться я не могу посметь. Даже если предположить, что всё моё прошлое искусственно «записано» в мою память, то мысли мои витают свободно, исключительно в том направлении, которое задано мною, я могу менять их полёт в любую сторону, создавая дивные витиеватые маршруты. Подвластны они только мне, а я — только им, таким образом, я существую автономно от этого мира. Но что же в таком случае «я» такое? Нечто, внутри которого происходит целая жизнь или просто тело, вместилище для сознания? С точки зрения моего «внутреннего я», мой внутренний мир абсолютен, является основой всего бытия и центром Вселенной. С точки зрения «внешнего я», внутренний мир — всего лишь часть сознания, обеспечиваемого телом, которое, в свою очередь, принадлежит к так называемому миру реальному. А мир реальный можно подвергнуть сомнению, поскольку всё, чем мы обеспечиваем себе веру в его подлинную природу, заключено в мозгу человека… Выхода нет. Реальность относительна, внутренний мир относителен ещё более.

Быть может, в этом мире есть боги, для которых проблема стоит ещё шире, ибо наша реальность не является самым масштабным миром, поскольку существуют и иные формы бытия. К примеру, небытие тоже можно назвать формой мироздания, просто не закованного в тяжкие рамки времени, как для внутреннего мира нет пространства. Нам вообще невероятно сложно представить, что значит мыслить вне времени…

Проблема относительности мироздания заключается не в том, что нельзя найти фундамента этого самого мироздания, а в том, что нельзя найти твёрдый фундамент для чего-либо вообще. Относительность пронзает собой всё бытие, во всех сферах жизни и «уровнях» сознания — она. К примеру, точные науки считаются чем-то идеальным, ибо они действительно абсолютно точны. Но точными они остаются лишь до того момента, пока остаются абстракцией. То есть, абсолютное есть либо абстракция, либо иллюзия. К примеру, в действительности невозможно даже провести идеально ровную линию, не говоря уж о правильных геометрических фигурах. Всегда есть место для случайности, на самом деле являющейся комбинацией неучтённых факторов.

Наши представления о том, как надо использовать имеющийся запас времени жизни, являются целиком и полностью искусственными. Мы не придумываем для себя ничего концептуально нового. С самого детства человек знает, какой должна быть его жизнь. Детство и юношество он должен невозбранно потратить на обучение каким-то лженаукам, зрелость — на чаще всего неинтересную и ненужную ему работу, а старость — на сожаление по потраченным так глупо годам. Не, ну а что, относительно толпы других неудачников прошедший этот путь будет смотреться достойно.